АНАЛИТИКА

ФИЛОЛОГИЯ

 в интернет-магазине 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Говард Роберт Ирвин

Гончие смерти


 

На этой странице сайта находится литературное произведение Гончие смерти автора, которого зовут Говард Роберт Ирвин. На сайте ofap.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Гончие смерти в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или прочитать онлайн электронную книгу Говард Роберт Ирвин - Гончие смерти без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Гончие смерти = 29.73 KB

Говард Роберт Ирвин - Гончие смерти - скачать бесплатную электронную книгу



OCR Денис
«Роберт Говард. Гончие смерти»: Северо-Запад; Минск; 1998
ISBN 5-7906-0050-0
Оригинал: Robert Howard, “Black Hound of Death”
Перевод: М. Николаева
Аннотация
Ричард Брент скрывается от своего преследователя в районе города, называемом Египтом. Когда из-под стражи сбегает преступник Топ Бакстер, человек по имени Кирби Гарфилд отправляется в хижину отшельника, чтобы предупредить его об опасности. В это же время преследователь находит Брента...
Роберт Говард
Гончие смерти
1
Тьма Египетская. Не мрак и покой бесконечной пустоты, а кромешная обволакивающая темень, населенная невидимыми существами из тех, кто хищно снует и копошится в непроглядной мгле, избегая солнечных лучей и человеческого взгляда.
Подобного рода мысли проносились в моей голове, когда однажды ночью, практически по наитию, я пробирался по едва заметной тропке, извивающейся меж корней громадных сосен. Влажная тьма летней ночи, странные звуки и шорохи, очевидно вызвали бы у любого человека, рискнувшего оказаться на моем месте, похожие ощущения. Тем более эта лесная глушь, орошаемая реками, по странной прихоти или просто чудачеству, называлась местным чернокожим населением Египтом.
Казалось, что лишь навечно лишенная света адская бездна, может сравниться с кромешной тьмой соснового леса. Деревья стояли сплошной черной стеной вдоль скорее угадываемой, чем видимой петляющей тропки. Лишь чутье обитателя здешних лесов позволяло мне двигаться достаточно проворно, даже в спешке не теряя привычную осторожность. В подобной ситуации "видят ушами", и слух мой приобрел почти невероятную чуткость. Остерегался я отнюдь не бесплотных тварей, мною же и выдуманных в фантазиях, навеянных темнотой и одиночеством. Для опасений была достаточно веская и вполне материальная причина. Вовсе не привидения, жаждущие людской плоти и бродящие с окровавленными глотками в лесных чащах (как утверждают негры, непревзойденные любители себя попугать, особенно в большой компании), стали причиной моей крайней настороженности. Я шел, прислушиваясь, стараясь уловить малейший посторонний шорох, а может, и звук треснувшего под громадной плоской ступней сучка, которые выдали бы приготовившегося к нападению во мраке убийцу. Тот, кого я опасался, вызывал в Египте страх неизмеримо больший, чем любые зловещие призраки, все вместе взятые. Ранним утром из местной тюрьмы сбежал опаснейший заключенный: негр-душегуб, на совести которого было не одно ужасное убийство. Поиски велись возле рассеянных по краю черных поселений в надежде на то, что негр отправится к людям своего племени. Собаки-ищейки прочесывали заросшие кустарником берега реки вниз по течению. За ними, не отставая, двигались вооруженные суровые люди. Но, несмотря на то что в погоне принимало участие почти все мужское население нашего городка, я не был уверен в удачном результате. Они не учитывали чрезвычайной примитивности мышления беглеца – Топа Бакстера, более всего по своему развитию напоминавшего обезумевшего от крови самца гориллы. Зная его, я считал, что негр, скорее, кинется в необитаемые глухие дебри. Вряд ли одиночество или тяготы жизни в лесу могли устрашить либо измучить его. И я отправился в Египет один. А множество народу двигалось в своей затянувшейся охоте на человека совершенно в другом направлении.
Моей целью не были поиски Бакстера. Лавры героя, в одиночку справившегося с этим ублюдком, не привлекали меня. Я отправился предупредить, а не искать. В этой глуши, в сосновом лабиринте, в полном уединении, довольствуясь лишь обществом своего слуги, жил белый. Необходимость предупредить человека своей расы о том, что рядом с его жилищем может таиться убийца, готовый на все ради удовлетворения собственных потребностей, заставила меня отправиться в дорогу. Выехал я засветло, но мой конь оступился и захромал. Пришлось оставить его в ближайшей деревеньке, у знакомой женщины. И, несмотря на уговоры остаться до утра и многословное перечисление опасностей, я отправился в дальнейший путь пешком. Мужчины, носящие фамилию Гарфилд, ни при каких обстоятельствах не останавливаются на полдороге. Тем более я был уверен, что мне не откажет в приюте на ночь хозяин хижины, куда я так стремился. Хотя Брент (а любителя уединения звали именно так) производил впечатление странного типа. Никто не знал, откуда он и почему живет в такой глухомани. Когда полгода назад он поселился в наших краях, о нем много судачили, как, впрочем, о каждом новом человеке. Но в городке появлялся лишь слуга, попытки выведать у него тайны хозяина ни к чему не привели, и разговоры понемногу утихли.
Внезапно мои размышления о загадочном отшельнике были прерваны самым неожиданным образом. Застыв на месте, я весь обратился в слух, ощущая лишь нервный зуд на тыльной стороне ладоней. И было отчего. Раздавшийся в темноте резкий вопль был пронизан животным страхом. Кричали где-то неподалеку. Затем наступила мертвая тишина. Та, от которой звенит в ушах. Казалось, все замерло, затаилось в гнетущем ожидании чего-то ужасного. Даже тьма сгустилась, стала какой-то вязкой...
Второй вопль избавил от наваждения, тем более что сопровождался топотом босых ног, слышным все ближе и ближе. Вынув револьвер, я приготовился достойно встретить несущуюся на меня тень. Но человек не то всхлипывал, не то как-то по-щенячьи взвизгивал от страха или боли. Это-то и удержало меня от выстрела. Вне себя от паники, он налетел на меня и, не удержавшись, рухнул навзничь. Даже не пытаясь встать, только делая слабые попытки отползти, залопотал:
– О Боже, спаси меня! Сжалься! Сжалься надо мной! Боже!
Бормотание было проникнуто такой мукой, что мои волосы зашевелились.
– Что за черт! – отводя дуло револьвера, произнес я.
Страдалец явно узнал мой голос и принялся цепляться за мои колени.
– Масса Кирби! Сам Господь послал вас. Сжальтесь над бедным Джимом Тайком... Не дайте ему изловить меня! Он уже убил мое тело, а теперь заберет мою душу! Ох, не дайте ему схватить меня!
При слабом свете зажженной спички я смотрел на него в совершенном изумлении, пока огонек не догорел до самых пальцев. Валяющийся передо мной в пыли чернокожий был сплошь залит кровью и, несомненно, тяжело ранен. Джим был мне хорошо знаком, как и многие из негров, живущих в крошечных бревенчатых хижинах на окраине Египта. Насколько мне удалось рассмотреть, раны его были ужасны, и кровь хлестала из разодранных груди, плеч и шеи. Одно ухо висело, полуоторванное, на выдранном с мясом куске челюсти и шеи. Невероятно, что ему удалось в таком состоянии пробежать, видимо, немалое расстояние. Его гнал запредельный страх. Искалечен он был явно не пулями или ножом. Было похоже, что бедняге удалось вырваться из клыков какого-то гигантского зверя.
– Кто на тебя напал? – Наклонившись, я пытался различить в кромешной тьме Джима. Когда догорела спичка, негр превратился в едва видимое на земле пятно. – Медведь?
Спросив, я тут же вспомнил, что вот уж тридцать лет, как в Египте не видели ни одного медведя.
– Кто это сделал?
– Он, он! – Уже не голос, а хрип донесся из темноты снизу. – Масса белый. Пришел в мою хижину и велел проводить к массе Бренту. Голова перевязана. Сказал, что болят зубы. Мы шли, шли. Бинты сползли. О Боже! Я увидел его лицо. За это он и убил меня.
– Ты имеешь в виду, что белый натравил на тебя собак, – понимая, что на расспросы мало времени, допытывался я. Это предположение объясняло характер ранений. Свирепые псы могли нанести подобные раны. Я видел похожие на затравленных на охоте животных.
– Нет, масса, нет, – еле слышно прошептал негр. – Он сделал это сам... А-а-а-а! – Затихающий шепот вдруг превратился в вопль. Смутно различимый в темноте умирающий откинул голову и застывшим взглядом уставился туда, откуда несколько минут назад появился. Вопль оборвался на самой высокой ноте. Смерть настигла его. Несчастный судорожно дернулся, как будто в последней тщетной попытке сбежать, и застыл неподвижно.
События последних минут до предела обострили мои чувства, и, всматриваясь в темноту, я скорее угадал, чем увидел в нескольких ярдах от себя смутно выделяющиеся на фоне стволов очертания неведомой фигуры. Казалось, что на тропе безмолвно стоит высокий худощавый человек. Необъяснимый ужас вдруг накатил на меня леденящей волной, язык, казалось, примерз к небу, когда я попытался окликнуть незнакомца. Что-то первобытное, парализующие было в этом страхе. Я не мог понять, что в безмолвной и неподвижной тени могло внушить такое жуткое впечатление. Неизвестный двинулся ко мне, все убыстряя и убыстряя шаг. Разом севшим голосом я скорее прохрипел, чем сказал: "Кто ты?"
Не дождавшись ответа, я стал лихорадочно пытаться зажечь спички, не выпуская револьвера из рук. Тень приблизилась почти вплотную. Наконец-таки я чиркнул спичкой, но слабый огонек был тут же вырван у меня из пальцев со свирепым рычанием. Я ощутил острую боль, пронзившую шею, и несколько раз инстинктивно нажал курок, паля наугад. Вспышки выстрелов ослепили меня, не дав рассмотреть высокую человекообразную фигуру моего противника, мгновенно бросившегося в заросли и, судя по треску, быстро удалявшегося. Прислонившись к ближайшему дереву, я чиркнул очередной спичкой. Кровь сочилась по моему плечу, пропитывая рубаху. Ворот был порван, но шея под ним лишь слегка оцарапана. И хоть рана оказалась пустяковой, по спине моей пробежал холодок. Невдалеке лежало тело несчастного Джима. И перед моими глазами все еще стояли его жуткие рваные раны, до ужаса напоминающие мою. Чертыхаясь и пошатываясь, я побрел дальше.
2
Мне было уже не до отвлеченных размышлений о существах, во тьме бродящих. Тот, с кем я столкнулся, несомненно был человеком. В краткий миг, пока горела спичка, я видел силуэт пригнувшегося, готового к схватке, именно человека. Но из головы не выходил Джим Тайк, мертвый, валяющийся ничком в луже собственной крови, пьяно раскинувший испачканные красным руки и ноги. А я не мог припомнить оружия, способного нанести раны, столь похожие на хватку зубов огромного хищного зверя. Что ж, изобретательность рода людского в создании орудий смерти, как известно, беспредельна. В данный момент надо было решить куда более насущную проблему: стоит ли рисковать жизнью, продолжая в одиночку свой путь, или же вернуться за подмогой во "внешний мир". Привести людей, собак, забрать труп бедняги Джима и начать охоту за его убийцей.
Но, если я поверну, в одинокой хижине под черными соснами может случиться все, что угодно. После того, что произошло с Джимом, тем более необходимо поскорей предупредить, что опасность для Брента и его слуги возросла вдвое. Мало было одного Топа Бакстера, так появился еще и этот тип, рычащий и неизвестно чем вооруженный. Когда я вспомнил, что разыскивал он непосредственно Брента, сомнения окончательно отпали. Да и находился я уже более чем на полпути к хижине. А для меня лично вряд ли было опасней идти вперед, нежели вернуться назад. Подняв тревогу, я мог рассчитывать на содействие хозяина.
С обостренным новой опасностью чутьем, держа револьвер наготове, я продолжил путь. А истерзанное тело Джима Тайка осталось на тропе. Бак-стер не был его убийцей: даже в темноте я узнал бы приземистую, обезьяноподобную фигуру Топа. Напавший на меня был тощ и высок. Да и покойный говорил о таинственном белом. И опять беспричинная дрожь охватила меня – от одного лишь воспоминания о поджаром незнакомце.
Кроны деревьев слегка расступились, и на тропу стал падать скудный свет звезд. Я не робкого десятка, смею заверить, но малоприятно передвигаться, сознавая, что в плотных зарослях легко может притаиться безжалостный убийца. Воспоминания о зверски растерзанном негре усиливали тревогу. Капли пота покрыли мое лицо, руки стали влажными. Я был, что называется, "на взводе", поминутно оглядывался, впиваясь взором в темноту: в естественном шуме леса, в шуршании листьев и похрустывании веточек пытался уловить крадущиеся шаги подстерегающего убийцы.
В какой-то момент я остановился, заметив вдалеке среди черных сосен бледный сиротливый огонек. Затаив дыхание, я наблюдал, как он постепенно перемещался, то скрываясь за стволами, то вновь появляясь. Было слишком далеко, чтобы я мог определить его источник. Ощущая, как по коже бегут мурашки, я стоял и ждал непонятно чего. Огонек исчез так же внезапно, как и появился. Мне уже порядком надоели всякие загадки сегодняшней ночи, и заключив для себя, что это факел из сосновой ветки в руке идущего человека, я отправился дальше. Собственное состояние удивляло меня. Слава Богу, я не первый год жил в этой стране, где вековые распри тлеют на протяжении жизни не одного поколения, где месть и насилие привычны. Я бывал в переделках, когда нож или пуля, открыто или из засады, могли легко оборвать мою жизнь. Но я не испытывал страха. Только собранность и желание выпутаться. А теперь я боялся. И боялся чего-то непонятного, необъяснимого.
Я облегченно вздохнул, увидев среди деревьев хижину Ричарда Брента. Но не расслабился. Многие люди теряют бдительность буквально на пороге собственной безопасности и погибают. Еще раз осмотрев крошечную поляну перед домом, я быстро подошел к двери и постучал. Слабый свет из прикрытых ставнями окон, казалось, разгонял сгустившиеся тени.
– Кто там? – Голос говорившего был низким и грубым. – Это ты, Эшли?
– Нет. Я – Кирби Гарфилд. Откройте дверь.
Открыв лишь верхнюю половину двери, хозяин показался в проеме. Свет, падавший сзади, оставлял Брента в тени, но недостаточной, чтобы скрыть жесткий блеск серых глаз и черты изможденного лица.
– Что вам угодно, мистер Кирби?
Мой поздний визит не вызвал удивления, но и радости тоже. Мне мало улыбалось стоять и беседовать под дверью, да и этот человек не вызывал особых симпатий. Но в нашей местности вежливость – обязанность, которой не пренебрегает ни один джентльмен. И я ответил, как мог более кратко:
– Я счел нужным предупредить, что удрал из тюрьмы Топ Бакстер. Сегодня утром он убил двоих – констебля Джо Сорли и одного заключенного – и сбежал. Его ищут повсюду, но я убежден, что он объявится где-то в этих краях, в Египте. Будьте настороже – это опаснейший преступник. Я счел нужным предупредить вас.
– Понял. – Ответ был достоин жителя восточных штатов, славящихся своей краткостью. И Брент собрался закрыть дверь.
– Эй, а как же я? – Меня вовсе не устраивала перспектива ночного путешествия через лес. – Я все-таки пришел предупредить вас и рассчитывал на приют в вашем доме хотя бы до утра. Я счел это своим долгом не потому, что жажду вашего общества, а потому, что вы тоже белый. Мне достаточно подстилки на пол, и вряд ли я приму предложение разделить с вами ужин.
Подобное заявление для любого в наших краях прозвучало бы оскорблением, но я был настолько раздражен, что не смог сдержаться. Однако мой выпад насчет скаредности и черствости Ричард Брент просто пропустил мимо ушей. Нахмурясь, он уставился на меня, по-прежнему стараясь держать руки так, чтобы я их не видел.
– Вы не встретили по пути Эшли? – так же недружелюбно спросил он.
Брент спрашивал о своем слуге, типе мрачном и неразговорчивом – почище хозяина. Видимо, именно сегодня он отправился за припасами в одну из отдаленных деревенек на реке у самой окраины Египта.
– Нет. Наверное, я выехал раньше, пока Эшли еще был занят в деревне.
– Ну что ж, придется все-таки впустить вас, – ворчливо заметил Брент.
– Раз решили – поторопитесь! – Я терял терпение. – У меня рана на шее, и мне бы хотелось промыть и перевязать ее. Кажется, сегодня такая ночь, когда охотой на людей занят не только Топ Бакстер.
Мои слова вызвали странную реакцию: хозяин перестал возиться с нижней половиной двери и резко изменился в лице.
– О чем вы, Кирби? Нельзя ли яснее?
– Примерно в миле отсюда на тропе лежит человек. Он мертв. А его убийца напал на меня и пытался прикончить. Кстати, проводника-негра он взял для того, чтобы добраться сюда. Все говорит о том, что цель его охоты – вы, – не без злорадства закончил я.
Ричард Брент дернулся, как от удара кнутом, и побледнел.
– Что... О ком ты болтаешь? – Приличия были забыты, а его всегда грубый голос резко сорвался на фальцет. – Кого вел сюда черномазый?
– Откуда мне знать. Судя по тому, что я видел, этот тип умудряется располосовывать свои жертвы, как свирепая гончая.
– Гончая! – Брент уже не мог сдерживаться, он вопил.
Разверстый рот обнажил желтоватые зубы, физиономию перекосила гримаса отчаянного страха, глаза едва не вылезли из орбит, седые жесткие волосы стали дыбом. Кожа приобрела пепельный оттенок. Лицо более всего напоминало поделку из папье-маше: невероятную по своей выразительности маску ужаса.
– Прочь отсюда! Уматывай! – Губы его еле шевелились, но голос постепенно набирал силу, переходя в пронзительный крик. – Меня не обманешь, дьявольское отродье! Я знаю, зачем ты стремился попасть в мой дом. Он послал тебя! Ты его приспешник, убирайся!
Честно говоря, я опешил и стоял столбом, не в силах вымолвить хоть слово. Пауза затягивалась, и наконец руки Брента поднялись над нижней половиной двери. Прямо перед моим носом появились обрезанные стволы дробовика.
– Чего ты ждешь? Убирайся, не то я убью тебя! – надрывался хозяин хижины.
В который раз за сегодняшнюю ночь я покрылся противным липким потом. Легко было представить, что может наделать выстрел в упор из этого смертоносного оружия. Шагнув назад с крыльца, я неотрывно смотрел на черные дыры направленного в грудь обреза и маячившее за ними искаженное лицо.
– Да будь ты проклят, глупец! – пробормотал я. И уже громче добавил: – Эй, сэр! Осторожней с этой штукой. Должен вам заметить, что предпочитаю иметь дело с десятком убийц, чем с одним сумасшедшим. Прощайте, я ухожу.
Я прекрасно понимал, что нарываюсь на неприятности и мне ежесекундно грозит гибель от внезапно потерявшего голову Брента, но досада взяла верх над осторожностью.
Однако Брент пропустил мои слова мимо ушей. Он дрожал, как в лихорадке, и тяжело дышал, вцепившись в свой дробовик и следя за тем, как я разворачиваюсь и покидаю поляну.
Я, конечно, мог, укрывшись за деревьями, подстрелить без особого труда этого человека, нарушившего законы гостеприимства и оскорбившего меня.

Говард Роберт Ирвин - Гончие смерти -> следующая страница книги


Было бы отлично, чтобы книга Гончие смерти автора Говард Роберт Ирвин понравилась бы вам!
Если так будет, тогда вы могли бы порекомендовать эту книгу Гончие смерти своим друзьям, проставив гиперссылку на страницу с данным произведением: Говард Роберт Ирвин - Гончие смерти.
Ключевые слова страницы: Гончие смерти; Говард Роберт Ирвин, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Школа робинзонов http://www.alted.ru/pisatel/392/book/31563/vern_jyul_gabriel/shkola_robinzonov 
 Возвышение Дерини http://www.alted.ru/pisatel/1147/book/6365/kurtts_ketrin/vozvyishenie_derini