АНАЛИТИКА

ФИЛОЛОГИЯ

 коньяк hine 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Фримен Ричард Остин

Послание со дна моря


 

На этой странице сайта находится литературное произведение Послание со дна моря автора, которого зовут Фримен Ричард Остин. На сайте ofap.ru вы можете или скачать бесплатно книгу Послание со дна моря в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или прочитать онлайн электронную книгу Фримен Ричард Остин - Послание со дна моря без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой Послание со дна моря = 24.63 KB

Фримен Ричард Остин - Послание со дна моря - скачать бесплатную электронную книгу



««Иностранная литература» 2008, №1»: Журнальный зал в РЖ, «Русский журнал»; 2008
Уайтчепел-стрит — едва ли самое приятное место для прогулки, хотя немногочисленные следы недавнего благополучия спасают эту улицу от полного запустения, что царит на соседней Коммершиал-роуд. Все же нынешнее ее убожество, особенно в восточной части, будто бы отражает бесцветное существование обитателей этих мест, а серый сумрачный пейзаж угнетает душу путника. Но и самую долгую, скучную дорогу можно расцветить остроумной и ученой беседой; так и вышло, когда мы с моим другом Джоном Торндайком шли на запад по Уайтчепел-стрит, и долгий путь показался нам совсем коротким.
Мы только что посетили Лондонский госпиталь, где наблюдали необычный случай акромегалии, и по дороге назад обсуждали эту редкую болезнь, а также родственный ей гигантизм во всех их проявлениях, от подбородка девушек Гибсона до телосложения Ога, царя Васана.
— Было бы интересно, — заметил Торндайк, когда мы миновали Олдгейт-Хай-стрит, — вложить персты в гипофизарную ямку Его величества — после его смерти, разумеется. А вот, кстати, Хэрроу-элли; помните описание у Дефо: телега с мертвецами и ужасная процессия, спускающаяся по улице… — Торндайк взял меня под руку и повел по узкой аллее; на крутом повороте у паба «Звезда и змеевик» мы оглянулись. — Я никогда тут не хожу, — сказал он задумчиво, — но здесь как будто слышен звон колокола и горький плач возчика…
Он осекся: под аркой появились двое; они мчались в нашу сторону. Впереди бежала дородная еврейка средних лет, запыхавшаяся, растрепанная; за ней — прилично одетый молодой мужчина, встревоженный не меньше, чем его спутница. Когда они поравнялись с нами, последний, узнав моего коллегу, взволнованно обратился к нему:
— У меня вызов на освидетельствование: произошло убийство или самоубийство. Не могли бы вы помочь, сэр? Это мой первый вызов, я очень волнуюсь…
Тут женщина бросилась к своему спутнику и схватила его за руку.
— Скорее! — воскликнула она. — Не время болтать.
Ее лицо было бледным как мел и блестело от пота, губы дрожали, а руки тряслись; она смотрела на нас глазами перепуганного ребенка.
— Конечно, Гарт, — сказал Торндайк.
Мы последовали за женщиной, бешено расталкивавшей прохожих на своем пути.
— Вы здесь начали практику? — спросил Торндайк на ходу.
— Нет, сэр, — ответил доктор Гарт. — Я ассистент у судебного врача, но он сейчас на вызове. Как удачно, что вы согласились помочь, сэр.
— Ну-ну, — откликнулся Торндайк. — Я только хочу убедиться, что моя наука пошла вам впрок… Похоже, мы у цели.
Мы проследовали за нашей провожатой в переулок, где чуть впереди, у одного из домов, столпились люди. При нашем приближении они расступились. Женщина, за которой мы следовали, нырнула в дверь и бросилась вверх по лестнице с той же отчаянной скоростью, с какой бежала по улицам, но, не дойдя немного до конца пролета, вдруг остановилась и осторожно, на цыпочках преодолела последние ступени. На лестничной площадке женщина обернулась, чуть слышно прошептала: «Она там» — и, почти теряя сознание, опустилась на ступеньку.
Я взялся за ручку двери и взглянул на Торндайка. Он медленно поднимался, пристально разглядывая пол, стены и перила. Когда он дошел до площадки, я открыл дверь, и мы вошли в комнату. Жалюзи были опущены, и сначала в неверном тусклом свете мы не заметили ничего необычного. Маленькая бедно обставленная комната выглядела вполне опрятно и чисто, только на кресле была разбросана женская одежда. Постель казалась нетронутой, на ней едва виднелась фигура лежащей девушки; можно было бы подумать, что она спит, если бы не ее окаменевшее лицо и темное пятно на подушке.
Доктор Гарт осторожно прошел к постели, а Торндайк поднял жалюзи; яркий свет залил комнату, и молодой врач отшатнулся с искаженным от ужаса лицом.
— Господи! — воскликнул он. — Бедное дитя!
Лучи солнца осветили бледное лицо прелестной девушки лет двадцати пяти, мирное и безмятежное, прекрасное чистой, неземной красотой рано ушедшего из жизни существа. Ее рот был слегка приоткрыт, веки чуть приподняты, а изогнутые ресницы бросали тень на глаза; пышные темные волосы оттеняли прозрачную кожу.
Мой друг откинул одеяло от ее милого лица, столь спокойного, но одновременно и ужасного своею неподвижностью и восковой бледностью, — и мы увидели жуткую зияющую рану: шея девушки была почти рассечена надвое.
Торндайк смотрел на убитую со сдержанной жалостью.
— Убийство жестокое, — проговорил он, — и все же милосердное в своей жестокости, ведь она наверняка даже не проснулась.
— Чудовище! — выкрикнул Гарт, сжав кулаки и багровея от ярости. — Злобное трусливое животное! Он не уйдет от казни! Его повесят, клянусь! — Разгневанный юноша потрясал кулаками, а в глазах его блестели слезы.
Торндайк тронул его за плечо.
— Мы здесь именно для этого, Гарт. Доставайте блокнот, — сказал он, наклоняясь над телом убитой.
После этого дружеского замечания юный Гарт взял себя в руки, открыл блокнот и начал осмотр, а я тем временем по просьбе Торндайка занялся составлением плана комнаты, включая описание всех предметов и их расположение. Но я не переставал следить за передвижениями Торндайка и скоро забросил чертеж, наблюдая, как мой друг карманным ножом собирает какой-то порошок, который нашел на подушке.
— Что скажете? — спросил он, когда я подошел поближе, и указал лезвием ножа на нечто, напоминавшее белый песок; приглядевшись, я заметил, что такие же песчинки рассыпаны по всей подушке.
— Белый песок! — отозвался я. — Как он тут оказался? Что вы думаете?
Торндайк покачал головой. «Объяснениями займемся позже», — ответил он и достал из кармана металлическую коробочку, в которой всегда носил с собою необходимые предметы вроде покровных стекол, капиллярных трубок, воска для отливок и прочих «диагностических материалов». Из нее он извлек конвертик для семян и аккуратно сгреб в него ножом щепотку этого песка. Затем заклеил конверт и начал надписывать его, но тут раздался крик юного Гарта:
— Боже мой! Посмотрите, сэр! Убийца — женщина!
Одеяло он отбросил в сторону и теперь в ужасе смотрел на левую руку девушки. Убитая держала в руке тонкую прядь длинных рыжих волос.
Торндайк поспешно опустил конверт с образцом песка в карман, обошел прикроватный столик и склонился над телом, нахмурив брови. Пальцы убитой были сжаты не очень крепко, но когда попытались их разжать, оказалось, что они тверды, будто у деревянного манекена. Торндайк наклонился еще ниже и, вынув увеличительное стекло, исследовал прядь волос по всей ее длине.
— Здесь не все так просто, как кажется на первый взгляд, — заметил он. — Что скажете, Гарт?
Торндайк протянул лупу своему бывшему ученику, но тут дверь открылась и вошли трое. Первый был полицейский в чине инспектора, второй, по-видимому, — офицер уголовной полиции, а третий, несомненно, судебный врач.
— Это ваши друзья, Гарт? — спросил последний, глядя на нас с заметным неодобрением.
Мой друг кратко изложил причины нашего присутствия, на что судебный врач ответил:
— В таком случае, сэр, предоставим инспектору определить ваш locus standi здесь. Я не разрешал моему помощнику привлекать посторонних. Гарт, можете идти.
Судебный врач приступил к осмотру, в то время как Торндайк извлек карманный термометр, который он до того поместил под тело убитой, и снял показания.
Инспектор же не спешил воспользоваться полномочиями, на которые ему намекал судебный врач, потому что иметь под рукой специалиста всегда нелишне.
— Как вы думаете, сэр, сколько времени прошло с момента смерти? — спросил он учтиво.
— Примерно десять часов, — отвечал Торндайк.
Оба полицейских одновременно взглянули на часы.
— Значит, ее убили в два часа ночи, — сказал инспектор. — Что это, сэр?
В это время судебный врач, осматривавший тело, указал ему на прядь волос в руке убитой.
— Вот так так! — воскликнул инспектор. — Женщина! Должно быть, дама не из приятных. Найти ее будет нетрудно; не правда ли, сержант?
— Конечно, — сказал второй полицейский. — Теперь понятно, зачем убийце был нужен сундук у изголовья, да еще и подушка. Чтобы дотянуться, она встала на него. Она наверняка невысокая.
— А вот силы ей точно не занимать, — добавил инспектор, — ведь она чуть не отрубила голову этой злополучной девице.
Он подошел к изголовью и наклонился над зияющей раной. Потом провел рукой по подушке и стал что-то растирать в пальцах.
— О, да тут песок! Белый песок! Как он сюда попал?
Судебный врач и детектив-сержант устремились к нему, чтобы увидеть своими глазами, и все трое принялись обсуждать, что это может значить.
— Вы заметили песок, сэр? — спросил инспектор у Торндайка.
— О, да, — ответил тот. — Необъяснимо, не правда ли?
— Не могу вполне с вами согласиться, — заметил сержант. Сказав это, он подошел к умывальнику и удовлетворенно хмыкнул, а затем продолжил, благодушно глядя на моего коллегу: — Смотрите: вот очень простое объяснение. На умывальнике кусок грубого мыла, в которое добавляют белый песок, а раковина заполнена водой пополам с кровью. Значит, преступница смыла кровь с рук и отмыла нож — хладнокровия ей не занимать, заметьте, — именно этим мылом. Затем, вытирая руки, она подошла к изголовью кровати, и песок осыпался на подушку. Полагаю, здесь все ясно.
— Яснее не бывает, — отозвался Торндайк. — А как вы представляете себе последовательность событий?
Детектив-сержант оглядел комнату с самодовольным видом.
— Полагаю, — начал он, — девушка уснула за чтением. На столике у кровати лежит книга, а рядом стоит подсвечник, в котором остался только кусочек прогоревшего фитиля. Думаю, преступница тихо вошла в комнату, зажгла свет, поставила сундук с подушкой к кровати, встала на него и перерезала горло своей жертве. Та проснулась и схватила убийцу за волосы — впрочем, других следов борьбы не обнаружено, так что, без сомнения, несчастная девушка умерла почти мгновенно. Затем преступница вымыла руки и отмыла нож, поправила белье на постели и ушла. Вот как я это вижу; остается выяснить, как она проникла в дом незамеченной, как его покинула и куда направилась.
— Возможно, — заметил судебный врач, накрывая труп одеялом, — следует пригласить хозяйку дома и задать ей несколько вопросов.
Он бросил значительный взгляд на Торндайка, а инспектор кашлянул, прикрыв рот рукой. Но мой коллега остался глух к этим намекам. Он открыл дверь, после чего несколько раз повернул ключ в замке туда-сюда, вытащил его, пристально разглядел и вставил обратно.
— Хозяйка здесь, на лестничной площадке, — сообщил он.
Услышав это, инспектор вышел из комнаты, и мы все последовали за ним, чтобы послушать, о чем ему расскажет свидетельница.
— Итак, миссис Гольдштейн, — сказал полицейский, открывая блокнот. — Я хочу, чтобы вы рассказали все, что знаете об этом событии и о самой девушке. Как ее звали?
Хозяйка дома, к которой присоединился бледный и дрожащий мужчина, вытерла слезы и ответила срывающимся голосом:
— Бедную девочку звали Минна Адлер. Она была немка, приехала из Бремена года два назад. В Англии у нее не было друзей… то есть не было родных. Она работала официанткой в ресторане на Фенчерч-стрит, такая добрая, тихая, работящая девочка…
— Когда вы узнали, что случилось несчастье?
— Около одиннадцати. Я думала, она ушла на работу, как обычно, но муж увидел с заднего двора, что жалюзи у нее опущены. Я поднялась к ней, постучала, но никто не ответил, и тогда я открыла дверь, вошла и увидела… — тут несчастная женщина разразилась исступленными рыданиями — так ужасны были события того утра.
— Значит, дверь была не заперта. А обычно Минна ее запирала?
— Да, кажется, — всхлипнула миссис Гольдштейн. — Ключ всегда был в замке.
— А входная дверь утром была заперта?
— Просто прикрыта. Мы ее не запираем, потому что некоторые жильцы возвращаются поздно.
— А теперь скажите, не было ли у нее врагов? Кого-нибудь, кто хотел бы свести с ней счеты?
— Нет, что вы! У бедняжки Минны не было никаких врагов. Она не ссорилась, то есть по-настоящему не ссорилась, ни с кем, даже с Мириам.
— А кто это — Мириам? — спросил инспектор.
— С ней ничего и не было, — перебил спутник миссис Гольдштейн. — Они не ссорились.
— Просто слегка повздорили, не так ли, мистер Гольдштейн? — предположил инспектор.
— Просто не поделили кавалера, вот и все, — ответил мистер Гольдштейн. — Мириам немного ревновала. Ничего особенного.
— Конечно, конечно, мы все знаем, что юные девушки…
Сверху доносился звук шагов: кто-то медленно спускался к нам и в это самое мгновение показался на лестничной площадке. Увидев, кто это, инспектор замер, будто окаменев, и в комнате воцарилось гнетущее молчание. По лестнице шла крепко сбитая невысокая девушка, растрепанная, мертвенно бледная от ужаса, с безумным взглядом; волосы ее были огненно-рыжего цвета.
Не в силах сдвинуться с места, мы молча наблюдали, как это видение медленно к нам приближалось. Вдруг детектив-сержант проскользнул обратно в комнату и вернулся через несколько мгновений, держа в руке бумажный пакетик; переглянувшись с инспектором, он положил пакетик в нагрудный карман.
— Джентльмены, это моя дочь Мириам, о которой мы сейчас говорили, — сказал мистер Гольдштейн. — Мириам, эти джентльмены — полицейские и судебные врачи.
Девушка смотрела на нас, переводя взгляд с одного лица на другое.
— Значит, вы ее видели, — произнесла она сдавленным голосом. — Она ведь не умерла, нет?
Мириам задала вопрос тоном в равной степени умоляющим и безнадежным — так бы говорила потерявшая голову мать над трупом ребенка. Я почувствовал смутное беспокойство и невольно обернулся, ища Торндайка.
К моему удивлению, он исчез.
Тихо отойдя назад к ступеням, откуда был виден весь коридор, я посмотрел вниз и увидел, как мой друг пытается дотянуться до полки у входной двери. Встретившись со мной глазами, он поманил меня рукою; никем не замеченный, я спустился к нему. Когда я подошел, Торндайк заворачивал в папиросную бумагу три маленьких предмета, каждый отдельно, и я заметил, что обращается он с ними с необыкновенной осторожностью.
— Не хотелось бы, чтобы эту девицу арестовали, — сказал он, бережно кладя три маленьких свертка в свою коробочку. — Пойдемте.
Он бесшумно открыл дверь и подвигал задвижку туда-сюда, тщательно изучая засов.
Я взглянул на полку за дверью. Там стояли два плоских фарфоровых подсвечника, в одном из которых, когда мы входили, я случайно заметил огарок свечи, и мне хотелось посмотреть, не его ли забрал сейчас Торндайк. Но нет, огарок был на месте.
Я вышел вслед за моим коллегой на улицу, и некоторое время мы шли, не заговаривая друг с другом.
— Вы, конечно, догадались, что? сержант завернул в бумагу, — сказал Торндайк наконец.
— Да. Волосы, которые были в руке убитой; я подумал, что было бы лучше оставить их на месте.
— Несомненно. Вот так благонамеренные полицейские и уничтожают улики. В данном случае это не имеет большого значения, но в любом другом это стало бы роковой ошибкой.
— Вы собираетесь участвовать в расследовании? — спросил я.
— Зависит от обстоятельств. Я собрал некоторые улики, но пока не знаю, пригодятся ли они. Также не знаю, отметила ли полиция те же факты, что и я, но, само собой, сделаю все, что требуется, чтобы оказать помощь властям. Это мой гражданский долг.
Поскольку приключения этого утра отняли у нас немало времени, нам требовалось незамедлительно отправляться каждому по своим делам; пообедав на скорую руку в кафе, мы расстались, и я увиделся с моим коллегой, только когда вернулся домой к ужину после работы.
Я нашел Торндайка за столом. Мой друг работал: перед ним стоял микроскоп, на предметном стекле которого лежал какой-то порошок, подсвеченный через конденсорную линзу; открытая коробочка для образцов лежала тут же, и Торндайк был занят тем, что выдавливал из тюбика густую белую замазку на три крошечные восковые отливки.
— Полезнейшая вещь этот «Фортафикс», — заметил он. — Дает отличные слепки без возни с гипсом, что особенно удобно, если предмет маленький, вроде вот этих. Кстати, если вы желаете узнать, что же было на подушке у погибшей девушки, просто посмотрите в микроскоп. Прекрасный образец.
Я заглянул в микроскоп. Действительно, образец был прекрасен, и не только с точки зрения качества препарата. В нем были перемешаны прозрачные кристаллики кварца, иголочки будто бы из стекла, источенные водой кусочки кораллов, а также множество прелестных крошечных раковинок; одни напоминали тонкий фарфор, другие — венецианское стекло.
— Это же фораминиферы! — воскликнул я.
— Да.
— То есть это все-таки не белый песок?
— Безусловно, нет.
— А что же?
Торндайк улыбнулся.
— Джервис, это послание доставлено нам со дна моря — со дна восточной части Средиземного моря.
— И вы можете его прочесть?
— Думаю, да, — ответил Торндайк, — а скоро, я надеюсь, буду в этом уверен.
Я снова посмотрел в микроскоп и задумался: что же за послание эти крохотные раковинки передали моему другу? Глубоководный песок на подушке убитой женщины! Что может быть более неуместным? Какая может быть связь между омерзительным преступлением, совершенным в восточном Лондоне, и дном «моря без приливов»?
Тем временем Торндайк выдавил еще замазки на свои кусочки воска (я решил, что именно их он на моих глазах так осторожно заворачивал в бумагу); затем положил один из них на стеклянную пластину замазкой вверх, а два других поставил вертикально по обе стороны первого. После этого, выдавив новую порцию своей смеси — видимо, чтобы соединить все три предмета, — он осторожно поместил все это в шкаф, положив туда же конверт с песком и предметное стекло микроскопа с препаратом.
Он как раз запирал шкаф, когда раздался резкий стук дверного молотка, и мой друг поспешил к двери. На пороге стоял мальчишка-посыльный с грязным конвертом в руках.
— Я не виноват, что так долго, сэр, — сказал он. — Мистер Гольдштейн столько возился.
Торндайк раскрыл конверт и, вытащив листок бумаги, быстро, нетерпеливо просмотрел его под лампой; и, хотя лицо его осталось невозмутимым, словно каменная маска, я был совершенно уверен:

Фримен Ричард Остин - Послание со дна моря -> следующая страница книги


Было бы отлично, чтобы книга Послание со дна моря автора Фримен Ричард Остин понравилась бы вам!
Если так будет, тогда вы могли бы порекомендовать эту книгу Послание со дна моря своим друзьям, проставив гиперссылку на страницу с данным произведением: Фримен Ричард Остин - Послание со дна моря.
Ключевые слова страницы: Послание со дна моря; Фримен Ричард Остин, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Шифман Илья Шолеймович http://www.alted.ru/pisatel/10137/shifman_ilya_sholeymovich 
 Орудия мира - 6. Марк http://www.alted.ru/pisatel/13923/book/61732/saki/orudiya_mira_-_6_mark