АНАЛИТИКА

ФИЛОЛОГИЯ

 на сайте интернет-магазина алкодрим.ру 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

Морцинек Густав

«Виктория»


 

На этой странице сайта находится литературное произведение «Виктория» автора, которого зовут Морцинек Густав. На сайте ofap.ru вы можете или скачать бесплатно книгу «Виктория» в форматах RTF, TXT, FB2 и EPUB, или прочитать онлайн электронную книгу Морцинек Густав - «Виктория» без регистрации и без СМС.

Размер архива с книгой «Виктория» = 40.78 KB

Морцинек Густав - «Виктория» - скачать бесплатную электронную книгу




Густав Морцинек
«Виктория»
Инженер Килярчик, вместо того чтобы подняться на поверхность прямо с пятого горизонта, сделав большой крюк, решил осмотреть работы в «заколдованном» квершлаге. Черти, что ли, попутали директора, когда он постановил вести проходку под старыми, завалившимися выработками.
– Там вода! – горячась, доказывал Килярчик.
– Знаю. Но там также прекрасный уголь! – не сдавался директор.
– Двумя горизонтами ниже работает бригада! Если вода прорвется, жизнь людей окажется в опасности.
– Знаю! И возлагаю всю ответственность на вас!
– Гром тебя разрази! – выходя, сквозь стиснутые зубы процедил Килярчик, твердо решив, что берет на себя ответственность и за воду на пятом горизонте, и за людей, которые работали сотней метров ниже, на седьмом.
За несколько недель до этого разговора директор и инженер долго спорили, стоит ли вести проходку в направлении покинутой, затопленной выработки, которая не значилась ни на одной карте; тогда-то и вспомнили про двух самых старых шахтеров-немцев и пригласили их для совета, как выразился директор.
Обоих стариков можно было встретить неподалеку от копра «Виктории»; они не желали уходить на пенсию, хотя, в соответствии с «Хартией шахтера», имели на это право. Старики объясняли, что сжились с шахтой, и es soll der Kuckuck holen, если бы им пришлось прозябать дома. Сейчас эти два ветерана, путая польские и немецкие слова, рассказывали, что, действительно, когда-то в тех местах была шахта, но, soll es der Kuckuck holen, еще до первой мировой войны ее затопила вода, и все пошло к чертовой матери. Шахтеры едва успели спастись. Как называлась шахта? Es soll der Kuckuck holen с таким названием! «Готтессеген» – вот как она называлась, самое что ни на есть дурацкое название, ибо ее следовало бы назвать «Тейфельсрахе»!..
– Или «Тейфельсрахен»! – подхватил второй шахтер.
– А что значит: «Готтессеген», «Тейфельсрахе» и «Тейфельсрахен»? – поинтересовался директор у Килярчика. Инженер был родом из окрестностей Карвины и говорил по-немецки, а ругаясь, употреблял на чешский манер «громы» вместо силезских «перунов».
– Официально шахта называлась «Благословение божье»…
– Немного похоже на название нашей шахты «Божьи дары»?
– Да, похоже. Два других – игра слов, насмешка: либо «Дьявольская месть», либо «Дьявольское логово», – объяснил Килярчик и взглянул на шахтеров. Те стояли, небрежно опершись о выступ оконной ниши, покуривали трубки и молча слушали, как директор с инженером переговаривались по-польски. Они поняли только то, что в разговоре упоминался дьявол. У одного из них, Рихарда Барнитцке с лукаво прищуренными глазами, на лице было написано, что он балагур; другой, Ганс Гроссман, походил на мокрую курицу – стоял согбенный, с покорным, почтительным видом, казалось, он не в состоянии слова вымолвить. Временами его высохшее личико с топорщившимися редкими рыжими усиками и носом картошкой приобретало плаксивое выражение, что придавало ему сходство с мордой тюленя. Но в широко расставленных глазах – серых и хитрых – сверкали затаенные искорки.
Килярчик любил поговорить с этими стариками.
– Расскажите-ка мне про вашего Эрдгайста! – не раз просил он, встречая их у платформы, где они выгружали из вагонов крепежные стойки.
Барнитцке и Гроссман рассказывали небылицы про валбжихского духа Скарбника, по-немецки Эрдгайста. Старики плели несусветное, загибали пальцы, считая, сколько раз каждый из них встречал духа в шахте «Готтессеген», где это было и что случилось потом… Подобная встреча всегда предвещала что-нибудь недоброе. Старики расписывали, как дух выглядел, рассказывали, что у него белая борода, а лампочка горит красным светом, и будто он с ними разговаривал.
– Он по-немецки говорил? – интересовался Килярчик.
– Ясное дело, по-немецки! Иначе он не умел, да и нужды не было, потому что это немецкий дух и здесь были только немцы! – с готовностью объяснял Гроссман, тоном давая понять, что оскорблен в лучших своих чувствах столь неуместным вопросом.
– Это Эрдгайст затопил «Готтессеген», – подхватил Барнитцке и локтем толкнул приятеля в бок «Bl?der Hund, слишком он много болтает!..
– Кто затопил?
– Эрдгайст!..
– Ara! A сам он не утонул?
Красивое, мужественное лицо Килярчика с правильными чертами и хищной улыбкой было серьезно и сосредоточенно. При взгляде на него никому бы в голову не пришло, что инженера забавляют суеверные россказни стариков.
– Эрдгайст не утонул! Он сидит в завалах на «Готтессеген»! – негромко сказал Гроссман.
– Что же он там делает?
– Размышляет, как затопить «Викторию»!
– Зря время теряет, все равно ничего не придумает! – насмешливо сказал Килярчик.
– Хо-хо! – оживился Гроссман. – У немцев шахту затопил, а у поляков не затопит! Хо-хо!.. – и сплюнул далеко в сторону.
Килярчику не понравилась такая похвальба. И он очень спокойно, так, словно интересовался, сколько вагонов они выгрузили на платформе, спросил:
– Вы не любите поляков? – И зубы его хищно сверкнули в едва заметной усмешке. Гроссман, заметив эту усмешку, уклончиво произнес:
– Моя семья уехала в рейх. Я один тут остался…
– А почему вы не уехали?
– Сжился с «Готтессеген», а потом – о «Викторией»…
– Na, schon recht! Gl?ck auf! – холодно простился с ними Килярчик.
– Gl?ck auf, Herr инженер! – поспешно ответили старики.
Это неприятное открытие не изменило, однако, отношения Килярчика к немецким шахтерам. Он даже ощутил нечто вроде сочувствия. Инженер попытался представить себя на месте старого, всеми покинутого Гроссмана и пришел к выводу, что старик – несчастный человек, который любит шахту больше, нежели свою семью. Сейчас он как бы на распутье и, видимо, втайне мечтает о возвращении в Валбжих «своих». Если бы на его месте оказался Килярчик, то, вероятно, думал бы точно так же и мечтал бы о возвращении близких.
Все эти мысли оставили его, когда он вышел из клети на пятом горизонте в слепом стволе и поравнялся с насосной камерой. Камера с арочным сводом и низким входом была вырублена в монолите и обетонирована. Там работал электрический насос, издававший тонкое вибрирующее и в общем приятное жужжание. Килярчик углубился в квершлаг, который вел к вспомогательному стволу «Лешек». Это был самый длинный квершлаг во всем валбжихском бассейне, протяженностью свыше трех километров. В глубоком сточном желобе булькала и плескалась вода. Это напомнило Килярчику об угрозе Гроссмана. Скарбник затопил при немцах шахту «Готтессеген», а теперь готовится затопить польскую «Викторию». Не затопит!.. После долгого совещания с директором и председателем Центрального горнодобывающего управления Килярчик обдумал план, который должен был оградить шахту от этой опасности. Из рассказов Барнитцке и Гроссмана ему было известно, что выработки шахты «Готтессеген» находятся примерно на сто с лишним метров выше квершлага на пятом горизонте «Виктории». Не точно над ними, а где-то далеко в стороне. Но черт ведает, где именно! Если бы знать наверняка, ни к чему было бы сейчас вести вслепую проходку «заколдованного» кваршлага. Килярчику было известно, что порода там состояла из водопроницаемого глинистого сланца, и вода, скопившаяся в выработках «Готтессеген», могла просочиться сквозь породу. И сейчас она, возможно, затаилась где-то на высоте пятого горизонта, зловещая, черная, примолкшая, готовая внезапно, с ревом хлынуть в штреки «Виктории».
Квершлаг был пуст. Бригада работала сотней метров ниже, на седьмом горизонте. Она спускалась в шахту по главному стволу до пятого горизонта, а оттуда по слепому стволу – на седьмой горизонт. Тем же путем на-гора выдавали добытый уголь.
Килярчик миновал насосную камеру, затем – главный штрек, ведущий к слепому стволу, и погрузился в гулкую тишину квершлага. Он внимательно всматривался в крепь из стальных балок, выгнутых, как шпангоуты. Вид их не понравился инженеру, поскольку местами под давлением кровли и боковых стен они прогнулись внутрь, словно были сделаны из мягкой проволоки. Некоторые балки лопнули, и края их торчали ровные, будто ножом обрезанные. Кое-где металл настолько был перекручен, что напоминал тряпье.
– Давит, гром его разрази! – бормотал инженер и прикидывал в уме, сколько людей понадобится, чтобы заменить искареженную крепь.
Вот он остановился, склонился над сточным желобом, посветил. Вода была прозрачная, в ней отражался свет шахтерской лампочки. Килярчику вода казалась таинственным живым существом, которое куда-то очень спешит; это ощущение было ему приятно.
Килярчик с облегчением подумал, что с такой водой и один насос легко справится. Рядом на всякий случай стоят наготове еще три. Он знал, четыре насоса в минуту могут «проглотить» двадцать четыре кубических метра воды. Итак, если вода прорвется, насосы без труда справятся с нею. Только бы они не подвели в решающую минуту. Килярчик согнутым пальцем постучал по деревянной стойке, чтобы «отвести колдовство», как, бывало, делал его отец, работавший забойщиком на шахте «Ян» в Карвине. Инженер громко рассмеялся, поймав себя на том, что временами становится суеверным. Не хватало еще встретить валбжихского Скарбника, в которого так крепко верят старые немецкие шахтеры.
Вдруг в глубине квершлага вспыхнула крошечная светлая точка. Свет появился внезапно и неподвижно повис в темноте. Словно шахтер, задремавший в укромном уголке и погасивший лампочку, теперь проснулся и зажег ее, заметив яркий свет инженера, отраженный мощным рефлектором.
Крошечный далекий огонек лениво заколебался и начал не спеша расти.
– Кто там может быть! – удивился Килярчик и принялся перебирать в памяти имена шахтеров, которые работали неподалеку.
Но так никого и не вспомнил.
Огонек быстро приближался, рос, отражаясь в металлической крепи матовыми колеблющимися бликами.
– Щенсць боже, пан инженер! – донесся до него из темноты хрипловатый, словно после перепоя, молодой голос.
– Щенсць боже! Что ты тут делаешь? – изумился Килярчик. Перед ним стоял отчаянный головорез с шахты «Виктория», приехавший в эти края из-под Люблина по вербовке, которого уже трижды карали за поножовщину, дважды – за воровство, вожак валбжихских хулиганов Олек Клуско.
– Ничего не делаю, пан инженер! – буркнул Клуско. Он сунул руки в карманы – лампочка висела у него на ремешке, петлей перекинутом через шею, шапка была лихо сдвинута набекрень, из-под нее торчала непокорная шевелюра – и с вызовом взглянул на инженера.
– Почему не работаешь? Ведь тебя включили в седьмую бригаду.
– Нет дураков, пан инженер!
– Что значит, нет дураков? Ведь ты ничего не заработаешь!
– Больно мне нужно!.. По горло сыт вашей проклятой шахтой!
Килярчик внимательно взглянул на парня. Руки у него по-прежнему были в карманах. Правая что-то сжимает. Вроде бы нож…
– Послушай, ты, щенок! Вынь-ка руки из карманов, когда разговариваешь со старшими, а нож прибереги на тот случай, когда понадобится чистить картошку… Ну-ка!
Парень не спеша вытащил руки из карманов.
– Ну, а дальше что, пан инженер? – спросил он. – Думаете, я перетрухнул? Ни хрена вы мне не сделаете!
– Не трави, балда! – сказал Килярчик, сам переходя на жаргон.
– Застукали вы меня, пан инженер, холера пся-крев, когда я тут хилял по выработкам! Да мне плевать. – Парень ощетинился.
– Брось трепаться, садись рядом, вот здесь! Потолкуем!.. – И, не дожидаясь согласия, инженер уселся у стены, на кусок породы. На парня он не взглянул. Олесь с минуту неуверенно топтался на месте. Как быть? Он подозревал какой-то подвох. Парень вообще верил только в свою ловкость, силу и смелость. Он знал, на кого эти качества могут произвести впечатление. Инженера на такую удочку не поймаешь, старых шахтеров тоже, как и некоторых товарищей, живущих вместе с ним в Доме молодого шахтера. Ха-ха! Многих из них уже успели обвести вокруг пальца, приручили, словно слепых щенят! Их «купили» разными там коллективами самодеятельности, хорами, шахматными турнирами, футбольными матчами, трудовыми соревнованиями, сберегательными книжками и даже этой идиотской… как ее… акробатикой. Его товарищи постепенно превращались в послушных маменьких сынков. Он же не такой дурак… Заработать, конечно, он не прочь, чтобы потом отправиться с товарищами в пивнушку, налакаться допьяна, устроить дебош, выбить стекла, проломить чью-то башку пивной кружкой, разбить вдребезги стулья и полоснуть ножом на улице какого-нибудь строптивого прохожего. А что до красоток? Хо-хо! В них недостатка не было, а если какая не соглашалась по доброй воле, ту он брал силой. Была еще милиция, распроклятые «легавые»! Но их он умел оставлять с носом. А иногда не выходило. Тогда его упрятывали на несколько дней под арест. Однажды даже он просидел в тюрьме два месяца. Чертовы «легаши»!..
Олесь присел в сторонке.
– Садись рядом! – приказал инженер тоном, не допускавшим возражений. Парень повиновался.
Он подкатил кусок породы и уселся рядом с инженером. Машинально нащупал нож в кармане. Если что – полоснет… Нет, пожалуй, не полоснет! Он уже давно питал к Килярчику симпатию. Что-то в инженере нравилось парню, но что именно – он сам не знал. Другие кричат, сквернословят, хватают за грудки и даже бьют, обзывают грубыми, словно неотесанные камни, словами; вообще-то ему на них начхать, но все-таки неприятно. А инженер Килярчик не такой! Вот, например, сейчас! Велел ему сесть рядом, вместо того чтобы, поминая всех перунов и чертей, обругать его бездельником, разгильдяем и хулиганом, а то и огреть кайлом. Кроме того, парня покоряла внешность Килярчика, его хищная белозубая улыбка… У самого Олеся зубы гнилые, нескольких не хватает, лицо изуродованное и рябое, девчата на шахте насмехаются, обзывают страшилищем. Черт их подери!
Парень исподлобья взглянул на инженера и подумал, что это – свой мужик. На такого можно положиться!..
– Старики твои живы? – спросил инженер.
До сих пор никто вот так, по-свойски, не спрашивал, есть ли у Олеся родители. Конечно, другие тоже интересовались, но всегда так, словно хотели узнать, сколько пуговиц у него на пиджаке или сколько угля он выдал на-гора. Конечно, родители есть, но он их не помнит. Чем они занимаются? А черт их знает! Отец был пьяница, а мать… Э, лучше не вспоминать! Кто завербовал Олеся на работу в шахте? Гм, знакомые посоветовали. Говорили, можно зашибить деньгу побольше, чем если «журавля запускать»… Что значит «журавля запускать»? Так говорят про воров-карманников. Вот он и подумал, пусть будет шахта!.. И поехал в Валбжих. Но шахта ему осточертела, сыт по горло! Работа тяжелая, дурацкая, черти б ее взяли! Роешься, как крот, под землей… Вы спрашиваете, чего мне больше всего хочется? Тоже мне вопрос! Водки, девок, драк с разбитыми мордами, денег, много денег, мотоцикл и повесить всех «легавых»… А раз уж вы такой любопытный и готовы выслушать все, что я вам тут выкладываю, как старая дева на исповеди, то слушайте. Плевать мне на шахту, на Валбжих, на «Викторию», на эту чертову шахтерскую профессию – не завтра, так послезавтра отправлюсь на все четыре стороны. Уж лучше «журавля запускать»!
– А может, ты шахты боишься? – перебил его инженер.
Парень возмутился – он прямо-таки подскочил. Олесь Клуско ничего не боится!..
– Неправда, ты боишься честной жизни!
Олесь Клуско покатился со смеху. Он «боится честной жизни»! Инженер говорит, словно ксендз с амвона. Олесь – стреляный воробей, и его на мякине не проведешь! Еще не хватало, чтобы инженер сказал про алтарь отечества, несгибаемую волю, высоко поднятые знамена и шестилетний план! Тогда все будет, как в клубе, где висят лозунги с криво написанными буквами!
Странный это был разговор. По другую сторону квершлага в желобе булькала вода, слегка шумел ветерок, белая плесень искрилась, словно иней при свете шахтерских лампочек, а слова черными тенями шарахались в темноте.
– Какой же ты глупый, сынок! – сказал инженер. Олесь ожидал, что Килярчик разразится бранью, а тот – ничего. Только усмехнулся.
Парень вздрогнул, хотел отодвинуться, но не успел: инженер обнял его за плечи и привлек к себе. Неуклюже, но как-то очень сердечно. А свободной рукой погладил парня по голове. Вот и все. Потом встал и сказал:
– Послушай! Перед тем как убежать, зайди ко мне. А потом уж станешь «журавля запускать». Придешь?
– Не знаю… – буркнул парень, еще не придя в себя от изумления.
Инженер больше ничего не сказал, нагнулся за лампой и двинулся по квершлагу в направлении «Ле-шека». Олесь медленно поднялся, глядя ему вслед.
– Вот так тип! – как-то неуверенно и скорее по привычке пробормотал он.
Инженер взглянул на часы. Надо поторапливаться. Слишком много времени потерял с Олесем. Килярчик представил себе, как удивится его жена, «сибирячка» Илона, когда к ним явится такой вот прощелыга. Она была внучкой, вернее, правнучкой польского повстанца, сосланного в Сибирь; родилась и выросла там, полюбила степь и тайгу, где жила среди простых людей, и теперь никак не могла привыкнуть к задымленному Валбжиху и к его «человеческому конгломерату», как она без особого восторга называла местное население. А может, Олесь придется ей по душе, несмотря на свой хулиганский вид и разбойничью внешность. И тогда, быть может, она его по-матерински обласкает.
При этой мысли инженер улыбнулся. У него была страсть все исправлять, например, он с удовольствием копался в отслужившем срок двигателе старенькой «шкоды», который никому не удавалось вернуть к жизни, а у него это получалось. Он мог часами доискиваться, почему вышел из строя электрический насос, пока не обнаруживал причину. Он умел найти в часах ослабевший винтик, поджать его – и часы снова начинали тикать.
«Может, мне удастся поджать ослабевший винтик в голове Олеся Клуско из-под Люблина…» – размышлял инженер, испытывая такое же чувство, с каким брался за ремонт сломавшейся машины.
Наконец он добрался до шахтного двора «Лешека» и с удовлетворением убедился, что здесь все в порядке. Скарбнику Гроссмана не удастся затопить «Викторию». Любопытно, обрадовался ли бы Гроссман победе Скарбника? Может, как немец старой закалки… Э, глупости! Ведь он шахтер и наверняка был бы огорчен и ругался бы по-своему:

Морцинек Густав - «Виктория» -> следующая страница книги


Было бы отлично, чтобы книга «Виктория» автора Морцинек Густав понравилась бы вам!
Если так будет, тогда вы могли бы порекомендовать эту книгу «Виктория» своим друзьям, проставив гиперссылку на страницу с данным произведением: Морцинек Густав - «Виктория».
Ключевые слова страницы: «Виктория»; Морцинек Густав, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 Отвесное блеснение http://www.alted.ru/pisatel/12078/book/47680/lopatin_n/otvesnoe_blesnenie 
 Медаль http://www.alted.ru/pisatel/13775/book/59440/brovkin_vladimir/medal